Трещина во времени - Мадлен Л`Энгл

Нет! — сердито воскликнул мистер Мурри. — Пожалуйста, оставьте ее!

От созданий словно прошла волна смеха и иронии. То, что было выше всех и говорило с людьми, спросило:

— Мы вас испугали?

— Что вы собираетесь с нами делать? — яростно спросил мистер Мурри.

— Прости, — ответило создание, — но лучше мы поговорим не с тобой, а с ним, — и оно обратилось к Кельвину: — Кто ты?

— Кельвин О’Кифи.

— Что это значит?

— Я — мальчик. Ну… молодой мужчина.

— И ты тоже напуган?

— Я… я и сам не знаю!

— Тогда скажи мне, — предложило создание, — вот если бы мы втроем попали на вашу планету, что бы вы стали с нами делать?

— Скорее всего, пристрелили бы на месте, — честно ответил Кельвин.

— Так разве нам не следует сделать с вами то же самое?

— Надеюсь, что вы так не поступите, — тихо, но твердо отвечал Кельвин, у которого от волнения снова стали особенно яркими веснушки на лице. — То есть Земля, конечно, моя родина, и я больше всего хотел бы вернуться туда, где бы я ни был… во Вселенной, но мы там успели здорово накосячить.

Создание поменьше, то, которое держало на руках Мэг, сказало:

— И вряд ли там привыкли к посещениям инопланетян.

— Привыкли! — фыркнул Кельвин. — Да мы вообще не видели ни одного, насколько мне известно.

— Почему?

— Не знаю.

Тут среднее создание спросило, и каким-то образом стало ясно, что его голос дрожит от волнения:

— Вы ведь не с затемненной планеты, верно?

— Нет! — Кельвин решительно мотнул головой, как будто создания могли его увидеть. — На нас… на нас уже пала тень, но мы все еще с ней боремся.

— И вы трое тоже боретесь? — уточнило то, что держало Мэг.

— Да, — подтвердил Кельвин. — С той самой минуты, как узнали об этой угрозе.

Высокое создание строго обратилось к мистеру Мурри:

— Ты. Самый старший. Мужчина. Откуда ты прибыл? Сейчас.

— С планеты под названием Камазоц, — с запинкой признался мистер Мурри. И тут же от созданий пошла волна тревоги. — Но мы не с этой планеты, — медленно и твердо отчеканил мистер Мурри. — Там мы такие же чужаки, как и здесь. Меня там захватили в плен, а дети пришли, чтобы освободить меня. Но мой младший сын, совсем еще малыш, остался там, в ловушке черного разума Предмета.

Мэг извивалась что было сил на руках у мохнатой твари, чтобы посмотреть на отца и Кельвина. Они что, рехнулись, вот так запросто выкладывая все этим непонятным существом? Разве они не понимают, как это опасно?! Но уже в который раз вспышка гнева отступила перед ласковым теплом, исходившим от щупалец и пронизавшим все ее существо. Она вдруг почувствовала, что пальцы начали потихоньку шевелиться, но это уже не приносило прежней боли!

— Мы должны забрать с собой это дитя, — заявило то создание, что держало ее.

И тут Мэг не выдержала и завизжала:

— Только не вздумай бросить меня одну, как Чарльза! — ярость разбудила новый судорожный спазм, и она охнула от боли.

— Перестань вырываться, — сказало создание. — Ты только вредишь себе. Успокойся.

— В точности то же нам предлагал Предмет! — не унималась Мэг. — Папа! Кельвин! На помощь!

— Этому ребенку грозит опасность, — создание обратилось не к ней, а к мистеру Мурри и Кельвину. — Вам придется нам доверять.

— У нас нет выбора, — согласился мистер Мурри. — Вы сможете ее спасти?

— Надеюсь.

— А я могу оставаться вместе с ней?

— Нет. Но ты будешь совсем близко. Мы чувствуем твой голод и усталость, и желание вымыться и отдохнуть. А эта маленькая… Как правильно ее назвать? — создание направило щупальца в сторону Кельвина, адресуя вопрос к нему.

— Девочка, — подсказал тот.

— Эта маленькая девочка нуждается в особом уходе и процедурах. Холод… Как вы называете это?

— Темное Нечто?

— Темное Нечто. Да. Нам надо выжечь Темное Нечто из ее организма, чтобы он снова начал действовать правильно, — троица окружила Мэг и словно принялась исследовать своими щупальцами. Движения щупалец были мягкими, ласковыми и подчинялись общему ритму, как волны морских водорослей, качаемые легким течением. Несмотря ни на что, Мэг вдруг стало очень уютно лежать в объятиях мохнатых рук: давно она не чувствовала себя так хорошо, спокойно и безопасно. Наверное, с тех пор как когда-то малышкой засыпала у мамы на руках под мерное покачивание старого кресла. Да, с папиной помощью ей удалось не покориться Предмету. Но сейчас сил на сопротивление не оставалось. Она опустила голову на грудь неведомому существу: оказывается, его шерсть была мягче самого нежного пуха и пахла той же весенней свежестью, что и воздух на этой планете.